Как воспитать уважение к матери? — Ерошка.ру

ДЕТИ

Как воспитать уважение к матери? - Ерошка.ру0Как воспитать уважение к матери?

Татьяна Шишова.

В наше время в детях трудно воспитывать уважение.

И не только потому, что кого-то целенаправленно дискредитируют. Хотя, конечно, и поэтому тоже.

Скажем, в семье, где бабушка с дедом относятся ко своей взрослой дочери как к несмышленышу и «песочат» ее при ребенке, потакая его прихотям, маме трудно поддерживать свой авторитет.
Это сейчас довольно частая материнская жалоба в беседе с психологом.

Нередко и муж, не церемонясь, указывает жене на ее недостатки при детях. Жены тоже не остаются в долгу…


Но даже если ничего подобного не наблюдается и все в семье чинно-благородно, поддерживать авторитет взрослых не так уж легко

Ребенок ведь не замкнут в кругу семьи. Если, предположим, он не посещает в детский сад, то все равно ходит по улицам, смотрит по сторонам, впитывает впечатления. А в современном мире властвует неуважительный дух. Всепроникающая ирония, насмешки, глумление, высокомерие и цинизм — иными словами, дух постмодерна. Этот дух пытается убедить нас, что в мире нет ничего святого, что нет запретных тем и поступков, а кто осмеливается возражать, тот дурак или ханжа. Или оба вместе.

В такой недоброй обстановке в первую очередь страдают, естественно, слабые: дети, старики, женщины. Ведь сколько женщины ни эмансипируйся и ни подражай мужчинам, все равно они — слабый пол. Даже в том, что алкоголизм и наркомания у них быстрее ведут к деградации личности, а женская преступность отличается большей жестокостью, тоже проявляется слабость. Такие грубые извращения женской природы оказываются слишком тяжелым грузом для психики, и женщины стремительно «слетают с катушек».

В современном мире, который чем дальше — тем больше отходит от христианства, вследствие это отхода все откровеннее насаждается культ силы. Сильного и жестокого боятся, слабость презирают, чужими жалостью и великодушием безжалостно манипулируют. Женщины и тут гораздо чаще оказываются в проигрышной позиции.

Как воспитывать в столь неблагоприятных условиях уважение к матери? (О формировании образа отца я когда-то писала, поэтому сейчас на этой теме заострять внимание не буду). Проще всего сказать:»А пусть она соответствует, тогда и уважение будет». Но ведь это смотря на чем акцентироваться. В каждом человеке есть достоинства и недостатки. Если так рассуждать, то получается, что только идеальный человек достоин уважения. Но тогда почему апостол Павел призывал рабов оказывать уважение любому хозяину, не только доброму и милостивому? И Господня заповедь чтить отца и мать дана безо всяких отсылок к их поведению. Да и при общении с другими людьми не следует забывать, что каждый человек сотворен по образу Божию. (Хотя своими грехами он этот образ может сильно осквернить).

ЗАЧЕМ НУЖНО УВАЖЕНИЕ?

Когда мы сталкиваемся с любой мало-мальски серьезной проблемой, ее прежде всего необходимо осмыслить и лишь потом искать пути решения. Сегодня, правда, многим хочется сразу, не напрягаясь, получить готовые рецепты, но таким образом далеко не уедешь. Жизнь чрезвычайно разнообразна, и без осмысления происходящего человек с высокой степенью вероятности рискует оказаться в положении дурня из популярной сказки. Помните? Бедняга не мог вовремя сориентироваться и прикладывал конкретные советы не к тем обстоятельствам, к каким следовало: на свадьбе начинал горько плакать, а на похоронах — радоваться и поздравлять родственников умершего. За что ему постоянно перепадали тумаки и оплеухи.

Итак, попробуем осмыслить. Прежде всего зададим вопрос: а так ли уж оно нужно, это уважение? Вопрос отнюдь не праздный, ведь если бы необходимость уважительного отношения друг к другу была для всех очевидной, люди не перенимали бы с такой легкостью противоположные модели поведения. Конечно, тут очень важна игра на страстях: гордости, тщеславии, честолюбии, эгоизме. Захваченный этими страстями человек пытается возвыситься над окружающими, демонстрируя им свое «фе». Но страсти были всегда; это, так сказать, личное дело каждого. А вот идейное обоснование хамства и разрушения Богом установленной иерархии под маркой борьбы за равноправие — явление относительно новое и гораздо более массовое. Это уже работа с общественным сознанием. И она, как мы знаем из истории, может оказаться весьма успешной. Особенно если идеи будут облечены в привлекательную оболочку и созвучны тому, чего смутно, неосознанно желает общество. А оно в разные эпохи бывает подвержено разным умонастроениям. То, что когда-то не имело шансов на популярность, спустя энное число лет вполне может быть встречено на ура.

Возьмем хотя бы так называемые партнерские отношения родителей с детьми. Казалось бы, чушь несусветная. Ну, какой из ребенка «партнер»? Партнер — это равный, компаньон, товарищ. А ребенок даже в игре (еще одно значение слова «партнер» — «соучастник игры») часто не может быть адекватным партнером: плачет, проигрывая, хочет, чтобы ему поддались. Тем более — в жизни! Коли равные права, то извольте иметь и равные обязанности, иначе это не партнерство, а чистой воды надувательство. Но какие обязанности у ребенка, даже не очень маленького? Прибрать в комнате, помыть посуду и иногда сходить в магазин за хлебом и молоком? (Серьезные закупки детям обычно не доверяют).

Но ведь идеология партнерства, несмотря на свою очевидную нелепость, пришлась по вкусу многим взрослым! (Через некоторое время они, правда, видят, что ситуация зашла в тупик: никаких равноправных, то есть, предполагающих равную степень ответственности, отношений с детьми не получается, а получается игра в одни ворота, и ребенок растет нахальным и безответственным. Но неприятные последствия наступают потом, а сперва взрослые считают, что так вести себя с детьми умно и правильно. Дескать, мало ли что было раньше? Сейчас другая эпоха, все должно быть по-новому! ) Попадаются же они на удочку партнерства потому, что, во-первых, оно дает иллюзию дружбы и душевной близости, которых так не хватает людям при нынешней атомизации общества. Во-вторых, когда ты на равных с ребенком, то ты и сам почти дитя. А значит, соответствуешь модным эталонам, ведь сохранение молодости до гробовой доски — прямо-таки идея фикс современного общества. Да и элемент игры, присутствующий в партнерских отношениях с ребенком, многим импонирует. «Цивилизованный» мир вообще все пытается превратить в игру. Даже человека уже предлагается именовать не «сапиенсом» (разумным), а «люденсом» — играющим. Якобы это чуть ли не основная его характеристика.

И все-таки: нужно или не нужно? Сторонники «неавторитарного подхода, естественно, говорят, что нет. Что гораздо важнее не потерять доверия ребенка, а потому предлагают действовать исключительно методом убеждения. И то — лишь пока ребенок готов вас выслушивать. Если же ему надоест, он вправе повернуться спиной и потребовать, чтобы его «не грузили». В странах, где такие методы взаимодействия с детьми не просто пропагандируются отдельными энтузиастами, а уже законодательно вменяются в обязанность родителям и учителям, постепенно запрещаются все виды наказаний. В Голландии, например, как указывают местные источники информации, «педагогически допустимыми наказаниями» считаются «штрафной стул», календарь поощрений и подчеркивание позитивных качеств . То есть, фактически наказания отменены, ибо «штрафной стул» для хулиганов школьного возраста — это просто смешно. Да и с отменой поощрений и похвалы (ведь только в таком контексте это можно записать в разряд наказаний) все не так однозначно. Ювенальная юстиция, стоящая на страже прав ребенка, вменяет в обязанность родителям снабжать детей карманными деньгами (так что ребенка нельзя в наказание их лишить), обеспечить чаду персональный компьютер и телевизор, гарантировать досуг и общение с друзьями. Так что и гулянки в наказание уже не запретишь. А уж о влиянии на выбор друзей нечего и заикаться!

Сама постановка вопроса, когда ребенок борется с родными за свои «права», а чужие дяди и тети его науськивают: дескать, тебя папаша с мамашей не обижают, деточка? а то ты только скажи! мы им покажем… — сама постановка вопроса свидетельствует о том, что ни о каком уважении к родителям речи уже не идет. Это жалкие, презренные людишки, которые должны к тому же терзаться чувством вины из-за того, что они, находясь в плену варварских, архаических предрассудков, смели считать детей своей собственностью и претендовать на — смеху подобно! — какое там уважение! В то время, как удел современных родителей — рабски угождать своим отпрыскам, которых они, не имея на то ни моральных ни физических оснований, дерзнули произвести на свет.

В итоге, поскольку равенство в природе невозможно, достаточно быстро создается новая, извращенная иерархия, в которой дети властвуют над родителями. А детьми командуют чиновники, которые стараются как можно больше отдалить их от семьи и приблизить к восприятию антисемейных ценностей «нового прекрасного мира». Мира, в котором разврат считается уже не развратом, а очень даже эффективным способом самовыражения, наркотики «расширяют сознание», способствуют развитию творческих способностей и преодолению депрессии, аборты помогают справиться с нищетой и перенаселением планеты, эвтаназия прекращает страдания больных. А христианство с его моральными нормами и заповедями объявляется негуманным, нетолерантным, провоцирующим вражду и значит, для блага общества, подлежащим запрету. Совсем открыто это пока не декларируется, но де факто постепенно происходит, чему, особенно в последние годы, уже полно свидетельств.

В такой обстановке лишение родителей авторитета чрезвычайно опасно, потому что когда ребенок сам себе голова, в эту незрелую голову очень легко проникают душевредные идеи. Вот что пишет по данному поводу психолог Арина Липкина, проживающая в США: «Когда подросток взрослеет, шансов выйти из-под контроля становится всё больше. На пути встают опасные соблазны — ранний секс, наркотики, оружие, секты. В это время обеспеченные родители, как правило, переводят своих детей в частные школы. Подобные риски там сведены к минимуму. В любом случае, они стараются уделять подросткам больше внимания. Проводить вместе с ними больше времени. Это трудная пора. Родителям важно удержать ранее завоёванные позиции. Требуется немало моральных сил, любви и терпения. Стоит сорваться – как тут же возникает опасность потери контакта с ребенком. Или того хуже, его обращения за помощью в «органы».

Иными словами, сколько бы родители ни старались завоевать доверие ребенка (а для этого на многое закрывали глаза, не наказывали, не ругали, не запрещали, все всегда старались объяснить и смирялись с тем, если объяснения не действуют, отдавали ребенку все самое лучшее, жили его интересами и т.п.), никаких дружеских, доверительных отношений в ювенальной системе координат все равно не получается. Потому что на друзей в «компетентные органы» не стучат, как бы они тебя ни обидели. Дружба несовместима с предательством. И доверие тоже.

Так чего ради городить огород? Зачем лишать ребенка в детстве чувства защищенности, которое дает вера в то, что папа с мамой — самые главные люди? И — той особой трепетной детской любви, детского обожания родителей, воспоминание о котором будет чем дальше — тем драгоценней и которое при партнерских отношениях невозможно, поскольку партнеров не обожают? В угоду чему подвергать плоть от плоти своей всем этим страшным рискам, сопряженным с приобщением к «культуре рока-секса-наркотиков»? И беспомощно наблюдать за тем, как сын или дочь,подававшие в раннем детстве столько надежд, на твоих глазах деградируют, потому что ты им не указ, а те, кого им охота слушать, всячески поощряют и оправдывают деградацию?

Без авторитета взрослых детей невозможно учить и воспитывать. Это азы педагогики, и, наверное, каждый имел возможность убедиться в их истинности на собственном опыте. В любой школе бывают добрые, но чересчур снисходительные учительницы, которые не умеют себя поставить с детьми. И дети, не испытывая к ним никакой неприязни, совершенно этих женщин не слушаются. А часто даже издеваются, испытывая их терпение. Нетрудно догадаться, что и объяснения урока пропускаются мимо ушей. В классе стоит такой шум, что и те редкие дети, которые в подобной обстановке все-таки желают учиться, физически не могут осуществить свое желание.

Так что уважение к старшим совершенно необходимо. Детям — для нормального развития их личности. А родителям — для того, чтобы чувствовать себя нормальными людьми. Ведь жить, когда тебя постоянно унижают, невероятно тяжело. А уж сносить хамство и унижения от детей просто аморально. Конечно, смирение — величайшая добродетель, и христиане должны ее в себе взращивать. Но смирение родителей перед детьми не означает потакания греху. Наоборот, родители обязаны прививать детям высокую нравственность, всеми силами удерживать их от греха и наставлять на путь спасения. Они будут отвечать за это перед Богом. Смирение же родителей перед детьми выражается совсем в другом: в том, что с рождением ребенка человек кардинально меняет свою жизнь, многие свои привычки, бывает вынужден больше работать и меньше спать, терпеть детский плач и капризы, отказывается от многих прежде любимых занятий, заметно сокращает общение с друзьями. Короче, ни для кого другого большинство людей не совершает такого количества альтруистических поступков, как для своих чад. Поэтому школа смирения в семье весьма серьезная. И заповеданное Богом почитание родителей — необходимое условие для поддержания гармонии и справедливости. Без этого родительские обязанности становятся «бременами неудобоносимыми», и многие люди от них уклоняются, выбирая бездетность.

А МЫ ДРУГИХ УВАЖАЕМ?

«Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки», — сказал Христос (Мф. 7:12). Этот нравственный императив настолько важен, что в Евангелии он повторяется дважды, почти слово в слово: «И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (Лк. 6:31).

Но мы все равно забываем и нередко не делаем переноса, потому что нам, по нашему эгоизму, часто хочется к себе какого-то особого отношения. Трудно, очень трудно возлюбить ближнего как самого себя.

Однако воспитать в детях уважение, если ты сам не уважаешь других, невозможно. Дети вовсе не такие хорошие психологи, как думают многие, но нарушение иерархии и флюиды хамства они улавливают прекрасно. Ребенок перенимает стиль поведения в семье еще до того, как научится говорить. Поэтому очень важно задуматься: а как мы сами относимся к своим родителям и к родителям жены или мужа, к бабушкам и дедушкам? Так ли уважаем их, как хотели бы, чтобы уважали нас? Не отмахиваемся ли от маминых советов, не кривим ли досадливо лицо: сколько можно учить меня жить, мне уже не пять лет! Не раздражаемся ли на стариков, у которых развивается склероз? Не говорим ли (в том числе при ребенке), что у них «поехала крыша»? Не предъявляем ли к родственникам (пусть даже только мысленно) претензии: того недодали, недолюбили? Не сводим ли подспудно счеты, когда видим, что ребенок не слушается бабушку, грубит ей, а мы не вмешиваемся, не торопимся призвать его к порядку?

Какой вообще образ мира взрослых формируем мы у ребенка и какие конкретно образы отца, матери, бабушек, дедушек и прочих родных возникают у него на основе наших рассказов, реплик, поступков? Читая произведения, написанные в те времена, когда уважение к старшим было неотъемлемым признаком любого нормального, а не только высококультурного человека, обратите внимание на то, что даже при описании недостойных родителей все равно соблюдается некая грань. Нет самопревозношения и насмешки, нет злобы и желания поквитаться. Такое выражение чувств считалось тогда позорным. И даже если человек сильно сердился на мать с отцом, он не спешил поведать об этом миру, поскольку мир его бы не поддержал. Еще не изгладилось из памяти людей грозное предупреждение Божие: «Злословящий отца или мать смертью да умрет» (Мк.7:10).

Сейчас же даже вполне достойные родственники нередко оцениваются весьма критически, и ребенок гораздо больше знает о том, что они сделали «не так», чем об их достоинствах и заслугах. Сколько женщин (по моим наблюдениям, это больше свойственно слабому полу) никак не может выйти из порочного круга застарелых детских обид, на которые наслаиваются новые, вроде бы взрослые, а по сути — все равно детские… Претензии матерей к их собственным матерям как бы витают в воздухе и настраивают детей на такой же лад. О каком положительном образе матери можно тогда говорить?

Маленький ребенок ближе всего к маме. А значит, именно с нее он «считывает» первичную информацию об отношении к людям. Поэтому от того, как она обращается с окружающими, будет во многом зависеть его отношение к ним и к ней самой. Так что совершенно необходимо критически оценить два момента: во-первых, какой пример подает ребенку мама и, во-вторых, какого отношения она сама-то хочет добиться с его стороны?

Если мать подает пример вежливого, заботливого, великодушного отношения к мужу, к своим родителям, к свекру и свекрови, то уже одно это будет настраивать детей на соответствующий лад. Очень важно, чтобы о близких (да и о дальних тоже!) ребенок слышал как можно больше хорошего. А то мы, сами порой того не замечая, даже в бочку меда умудряемся подмешать ложку дегтя.

Например, можно сказать: «А давай мы к приходу папы уберемся, чтобы сделать ему приятное, он ведь так любит порядок.» А можно, говоря про ту же уборку, почеркнуть, что иначе папа будет ругаться. И еще добавить, что он и так приходит с работы злой, а тут — «бардак»…

Вообще, имеет смысл почаще смотреть на себя со стороны и задумываться над тем, как те или иные наши слова и поступки могут быть восприняты детьми, какой урок они из них извлекут, какую память мы о себе оставим. Пройдут годы, дети многое поймут и переоценят. Что потом будет рассказывать выросший ребенок о том, как его мать относилась к близким?

Ребенку важно видеть и копировать почтительное обращение матери со старшими, особенно престарелыми людьми. К сожалению, сейчас это отнюдь не норма. Нередко сталкиваешься с тем, что дети не знают даже азов культурного поведения. Старушка уронит что-нибудь на пол и сама, кряхтя, поднимает. А стоящему рядом внуку в голову не приходит наклониться, чтобы ей помочь. Не потому что лень, а просто он не видит дома примера и не знает, как себя ведут в такой ситуации.

В журнале «Виноград» (январь-февраль 2009 г.) было напечатано интервью с невесткой, пожелавшей остаться безымянной. По той мудрости, которая сквозит в ее словах (да и из самого текста), ясно, что за ее плечами уже довольно долгая жизнь. Но вот она вспоминает первые годы замужества и, признаваясь, что ей очень трудно было привыкать к жизни в доме свекрови, поясняет: «Понимаешь, чужой дом! Что, могу я в чужом доме спать, сколько в мою ленивую плоть влезет?! Да не могу! Свекровь уже встала, она умылась… Так я же моложе, я опередить должна и мужу, и ей завтрак подать, стыдно мне было бы молодой и здоровой женщине лежать, когда старая свекровь там за дверью ходит. Стыдно быть ленивой.»

Многие ли современные молодые женщины рассуждают таким образом? А ведь именно такое традиционное отношение к старшим формирует у ребенка понятие об иерархии. И, в свою очередь, служит залогом того, что мать тоже имеет право рассчитывать на уважение со стороны младших по возрасту.

КАКОВА НАША ЦЕЛЬ?

Теперь, как говорят на заседаниях, «по второму вопросу»: о том, чего на самом деле добивается мать, ведя себя тем или иным образом. Порою человек или неверно определяет цель, или видит лишь одну сторону медали. Поэтому он бывает обескуражен и разочарован, столкнувшись с последствиями своих же собственных поступков.

Допустим, мама приучает ребенка называть ее по имени. Ей это кажется оригинальным. И действительно, подобное обращение даже при нынешней моде на эпатажность встретишь не часто. Услышав же, что таким образом она лишает себя уникальности в глазах ребенка, женщина будет немало изумлена и, быть может, даже возмущена. Что за глупость?! Она, наоборот, особенная! Все дети называют матерей стандартно — «мамами», а она — Алена (Таня, Наташа)! Но это лишь на самый беглый, поверхностный взгляд. Если копнуть поглубже, то окажется, что оригинальность такого подхода иллюзорна. Ведь мама для каждого человека единственная (хотя слово для всех одно). А вот Ален, Тань и Наташ в жизни ребенка будет сколь угодно много.

На это обратил внимание еще такой незаурядный мыслитель, как К.С.Льюис. Он, как пишет в посвященной Льюису статье «Счастье в доме» известный американский культуролог и публицист Джозеф Собран, «негодовал по поводу ненужного приложения чисто гражданского фиктивного равенства к приватной ситуации в семье. Родители, позволяющие своим детям называть их по имени, «хотят привить ребенку нелепый взгляд на собственную мать, как просто на одного из многих своих сограждан, лишить ребенка знания того, что знает каждый человек, и чувств, испытываемых всеми людьми. Они пытаются втащить безликие стереотипы коллектива в более полнокровный и конкретный мир семьи». «Равенство, как и политическая власть, никогда не должно быть прилагаемо praeter necesitatem» ( лат. «без необходимости»).

Или возьмем уже упоминавшиеся «партнерские отношения» с ребенком. Маме не хочется стареть, а охота чуть ли не до пенсии оставаться девочкой. (Такие мамы на наших театральных занятиях, показывая себя, нередко даже выбирают куклу-девочку с хвостиками или с косичками). Но к девочке можно относиться в лучшем случае покровительственно. Причем тут уважение к матери?

А иные подсознательно ищут в ребенке «твердую мужскую руку», которой им по тем или иным причинам не хватает в жизни. И позволяют сыну не только собой командовать, но и грубо заигрывать. Как ни удивительно, сейчас порой приходится объяснять, казалось бы, очевидные вещи: что абсолютно недопустимо, когда сынишка хлопает мать по заду, хватает за грудь. Далеко не все сейчас понимают, что это признаки сексуальной расторможенности, весьма опасной для психики ребенка, и вместо того, чтобы пресечь подобное поведение, хихикают. А некоторые взрослые (в том числе отец ребенка или привыкшие еще и не то видеть по телевизору бабушка с дедушкой), могут даже подзадоривать мальца, считая, что в семье «растет настоящий мужик». Но ожидать уважения от таких «настоящих» просто смешно. Особенно если потакать их «галантным ухаживаниям».

КАК ВЫГЛЯДИТ УВАЖЕНИЕ К ЖЕНЩИНЕ?

При сильных порывах ветра человеку, управляющему парусом, приходится прилагать гораздо больше усилий, чтобы откренивать и не давать лодке перевернуться, нежели в тех случаях, когда на море тишь и благодать. Так и сейчас под яростным натиском хамства следует удвоить, утроить, удесятерить усилия, воспитывая уважение к матери.

При этом стоит учесть еще одно обстоятельство, которое нынче далеко не всегда принимается в расчет. Состоит оно в том, что уважение к мужчине и к женщине проявляется по-разному. Из-за отсутствия нормального полового (да и просто культурного!) воспитания сейчас часто не понимают разницы. А в последние десятилетия наметилась тенденция не только к смешению понятий, но и к «перемене вех»: мужчин обхаживают, как красных девиц, пекутся об их тонкой душевной организации, до неприличия занижают планку требований. А с женщиной, наоборот, обращаются грубо и черство: дескать, ничего, все она снесет и стерпит. Такая у нее доля — терпеть. Даже если муж пьет, тунеядствует и развратничает — и то нередко можно услышать, что это она во всем виновата: недопоняла, недоласкала, слишком «давила», а он, такая тонкая, ранимая натура, не выдержал и пустился во все тяжкие.

Конечно, женщины сами напросились, упорно добиваясь равноправия. С равным не церемонятся. Значит, и отношение мужчин становится грубоватым, как это принято в мужской среде. В итоге прекрасный пол опять-таки оказывается в более проигрышной позиции. Подлинное уважение к женщине всегда несет в себе элемент рыцарства, тактичного покровительства или, если хотите, почтительной, не фривольной галантности. Это дает возможность мужчине сохранить позиции сильного пола и не вызывает у женщин протеста, как в тех случаях, когда мужчины пытаются их принизить, доказывая свое превосходство.

Но к сожалению, такой «царский путь» сейчас довольно большая редкость. Даже в православной среде, на фоне общего упадка культуры и нравов, представления о муже как о главе Малой Церкви подчас понимаются примитивно, по-язычески: как навязывание своей воли, деспотизм и самодурство. Дети, особенно мальчики, подражая отцу, перенимают его манеру поведения. Может, еще и поэтому сейчас заметно участились случаи, когда сыновья ведут себя с мамами пренебрежительно, будто те — их рабыни?

Да и женщины в таких семьях нередко занимают позицию жертвы, что не только не усмиряет агрессора, но и подливает масла в огонь. Стремясь стать добрыми христианками, они терпят откровенное хамство и измены мужа, сникают, глотают любые оскорбления, «лишь бы в семье был мир». В прежние времена, как явствует из художественной и мемуарной литературы, это обычно вызывало у детей сочувствие, желание утешить бедную маму и хоть чем-то ей помочь. Но так было в мире, пусть и несовершенном, однако проникнутом христианскими представлениями о милосердии, благородстве и великодушии. Нынче же, когда «лузером», неудачником быть позорно, слабая позиция вызывает у многих людей не сочувствие, а раздражение. И дети, чутко улавливающие, что витает в «культурном воздухе», зачастую тоже ополчаются на мать, которая позволила поставить себя в столь жалкое, униженное положение. Им нечем гордиться, а ведь любому ребенку хочется гордиться своей мамой, чтобы она была у него самой лучшей мамой на свете. Ну, а в более старшем возрасте, когда человек уже в состоянии осмыслить происходящее, ребята начинают высказывать матери претензии в том, что она терпит и унижается. Особенно ее покорность задевает девочек, которым легче представить себя на мамином месте и которым, естественно, не хочется повторения подобной участи.

В странах Запада, где институт семьи и межпоколенные связи разрушены еще сильней, чем у нас, государство и различные социальные институты пытаются насадить уважение законным и правовым путем. Женщины могут обратиться в специальные центры по борьбе с насилием, и тамошние сотрудники будут разбираться в ситуации, давать психологические рекомендации и в случае необходимости применять к обидчику те или иные санкции. Правда, детей, если таковые имеются, могут отнять и поместить в приют, сочтя, что там более благоприятная психологическая обстановка. Поэтому многие матери ни в какие центры не обращаются и либо продолжают терпеть (необязательно из религиозных соображений), либо разводятся.

В тех же странах, где родственные связи еще крепки (а это бывает только в религиозных обществах), государство справедливо полагает, что близким людям, ориентирующимся на одни и те же нравственные идеалы, проще вникнуть в ситуацию и укрепить «слабое звено», не разрывая при этом семейных уз, как часто бывает, когда в дела семьи вмешиваются посторонние.

Так что большая дружная семья — помимо всего прочего, еще и залог того, что тебя не дадут в обиду. А безудержное стремление к свободе и независимости, которым прельщаются в юношеском возрасте почти все современные люди, в конечном итоге оборачивается для многих одиночеством и беззащитностью. Сколько женщин, по их собственным признаниям, горько сожалеет, что когда-то они отмахнулись от предостережений родственников. А теперь понимают, что те были правы. Но дело сделано. И родственники, которых в свое время не послушали, занимают подчеркнуто-отстраненную позицию: дескать, сама вляпалась — сама и расхлебывай.

Поэтому надо родных ценить и сохранять с ними тесные, теплые отношения, чтобы не подавать повода обидам или ревности с их стороны. Чем больше мы ценим и уважаем свою родню, тем выше на самом деле и наш, как теперь говорят, рейтинг в глазах окружающих. И наоборот, противопоставляя себя родным, жалуясь на них, человек «теряет лицо». Эту ошибку очень часто совершают женщины в первые годы брака: повздорив с мамой и папой, они в порыве эмоций кидаются за утешением к мужу. И получают его. Но когда очарование влюбленности проходит, супруг нередко начинает видеть в жене именно те недостатки, на которые она ему указала в своих родителях. Уж очень глубоко сидит в нас понимание того, что яблочко от яблоньки недалеко падает. Да и на самом деле так оно бывает в большинстве случаев…

Но и если на поддержку близких по тем или иным причинам рассчитывать не приходится, а приходится ради детей терпеть такие вещи, которые вытерпеть очень трудно, это все равно возможно делать, не теряя достоинства. Как? — С одной стороны, не становиться на одну доску с обидчиком, не превращаться в «бабищу с кулачищами», склочницу, с которой, быть может, и опасаются связываться, но которая подлинного уважения не вызывает. А с другой, не давать себя растоптать, не переходить ту грань, за которой смирение уже превращается в трусость, мазохизм и соучастие во зле. В книге «Женщина христианка», написанной больше ста лет назад, эта грань определена достаточно четко: » Не обязанная, разумеется, исполнять каких-либо противозаконных требований мужа, его прихотей, противных вере и нравственности , христианская жена старается вести себя, однако ж, с такой осторожностью и скромностью, чтобы не впасть в заносчивость и высокомерие. В самих своих действиях, по-видимому несогласных с волей мужа, она показывает, что не мужу собственно хочет противоречить, не пред ним упорствовать, но не хочет быть противницей Закона Божия. Всякий отказ от исполнения несправедливых требований может носить характер величайшей покорности, любви и кротости; а может быть и груб, дерзок, пренебрежителен» («Отчий дом», М., 2000, стр.223-224).

А еще надо понимать, что унижать других нормальному человеку противно. Такой способ самоутверждения применяют люди амбициозные, но при этом несостоявшиеся, не имеющие сил преодолеть какие-то свои внутренние комплексы и вымещающие злость на тех, кто им позволяет безобразничать. То есть, слабовольные гордецы. По большому счету, их поведение инфантильно, потому что они не в состоянии посмотреть на себя со стороны и адекватно оценить свои поступки. Им, как малым детям, кажется, что главный — тот, кто громче всех кричит, топает ногами и заставляет выполнять свои капризы. Такому человеку трудно втолковать, что, относясь к жене нежно и покровительственно, он будет возвышаться в глазах собственных детей, да и всех окружающих. Но если в обществе удастся возродить понятие о семье как о Малой Церкви, о роли отца как главы семьи и о святости материнства, то и таких «бестолковых» станет гораздо меньше.

ЧТО ЕЩЕ ПОСОВЕТОВАТЬ?

Прежде всего надо иметь в виду, что воспитание в детях уважения не означает поощрения подхалимажа, трусости и потакания родительскому деспотизму.

А то нередко бывает, что Пятую заповедь пытаются превратить в этакую дубину, требуя беспрекословного подчинения своей воле, которая далеко не всегда на самом деле сообразуется с жизнью по христианским заповедям. В качестве примера можно привести весьма распространенную сейчас ситуацию: бабушка с дедом, «подсевшие на телевизор», обвиняют свою дочь в том, что она не выполняет заповедь об их почитании, поскольку не разрешает ребенку смотреть широко разрекламированные дебильные сериалы, в которых, с их точки зрения, нет ничего плохого и которые они сами с удовольствием смотрят с внучком, взяв его к себе на выходные.

— Уважение легче всего воспитать в культурной обстановке, когда в семье друг на друга не кричат, не ругаются, часто говорят «спасибо» и «пожалуйста». А если и делают какие-то замечания, то в тактичной форме, чтобы не обидеть.

Раньше это было проще, потому что родителей называли на «вы». И даже между супругами бытовало обращение по имени-отчеству. При всей горячей любви, сохранялась некая вежливая дистанция, панибратство считалось проявлением бескультурия. Сейчас все значительно упростилось. В этом есть плюсы и минусы. Архаизация, конечно, выглядела бы неуместно, однако прививать детям культуру общения необходимо с малых лет.

— Дети далеко не всегда чувствуют границы дозволенного, поэтому выставление четких и понятных ограничений совершенно необходимо. Грубость и хамство по отношению к взрослым следует ввести в разряд тяжких проступков, за которые, если ребенок их повторяет, необходимо наказывать.

«Так с родителями не разговаривают. Ты на кого замахиваешься? Это что за тон?» — сейчас дети нередко не реагируют на подобные реплики, даже когда слышат их от посторонних. А порой смеются в ответ и хамят еще пуще. Но стоит взрослым действительно показать, что шутки кончились, и детская дерзость слетает, словно шелуха. Как правило, и наказывать-то серьезно не требуется: вполне хватает лишения мультиков или прогулок с друзьями. Многие дети сейчас изнежены, избалованы, ни в чем не знают отказа. Значит, и терпеть лишения не привыкли. А родители принимают за стойкость обыкновенные детские демонстрации и не проявляют необходимой в таких случаях твердости и последовательности.

— Когда в семье принято подтрунивать друг над другом, легко скатиться на фамильярность. Поэтому если ребенок расходится и его начинает «»заносить, лучше при нем воздерживаться от такого стиля общения, пока он не дозреет до понимания того, что шутки должны быть безообидными и что родителей, при всем их шутливом настрое, все равно необходимо слушаться и почитать.

— Избегайте в своей речи жаргона. Он тоже дискредитирует взрослых в глазах ребенка, ставит их на одну доску с недовоспитанными подростками, которые пытаются продемонстрировать свою независимость, путая ее с расхлябанностью и развязностью .

— Учите детей называть чужих взрослых на «вы», не встревать во взрослые разговоры.

А если им уж очень хочется вставить свое веское слово, приучайте делать это в культурной форме («можно вас перебить?» и т.п.). Годам к 5-6 дети вполне способны усвоить подобные «премудрости». На самом деле это гораздо проще, чем, скажем, научиться читать. Но сейчас порой бывает наоборот: читать и считать ребята умеют, а вот элементарным правилам этикета не обучены. Придя в чужой дом, они могут вести себя, как дикари: бросать одежду на пол, носиться гурьбой по комнатам, шарить по ящикам и шкафам, прыгать по дивану. А поскольку с чужими обычно церемонятся больше, чем со своими, то, видя такое проявление неуважения к хозяевам, естественно, задаешься вопросом: а как они относятся к домашним? Ответ вполне прогнозируем: грубость и непослушание наверняка займут «почетное место» в списке родительских жалоб.

— Полезно интересоваться тем, как воспитывали детей до революции. И в крестьянских, и в дворянских семьях. Очень поучительное чтение.

Вот, например, что вспоминает о своем детстве великая княжна Мария, племянница царя Николая II, воспитание которой, по ее собственным отзывам, осуществлялось «в строгом соответствии со стандартами и правилами, которые существовали почти во всех европейских вдорах во второй половине XIX века»: «По мнению моих наставников, образование не имело большого значения по сравнению с религиозным и нравственным воспитанием… В противовес великолепию и роскоши, которой я была окружена, обращались со мной во всей возможной простотой. Того же требовали от меня в отношении с другими людьми, особенно стоящими ниже на социальной лестнице. Мне внушали такие христианские добродетели, как кротость и смирение, а также обучали порядку, дисциплине и сдержанности… Гувернантка назойливо повторяла фразу, приписываемую моему прадеду императору Николаю I, который имел обыкновение говорить: «Всегда поступайте так, чтобы вас простили за то, что вы рождены великими князьями» Однажды она увидела, как я, возбужденная шумной игрой, состроила гримасу лакею. Она не только сделала мне строгое замечание — и оно было заслуженным, — но и потребовала, чтобы я извинилась перед ним, и изводила меня несколько дней, пока я не сделала этого» (Мария Романова «Воспоминания великой княжны», М., Центрполиграф, 2007).

И это в то время, когда сословные различия между людьми были столь огромны, что слугам даже в голову не приходило обижаться на господ за такие мелочи! «Никогда не забуду ни лица этого бедняги, так как он не понял, в чем дело, ни своего унижения, — пишет великая княжна. — Потом я избегала встречаться с ним, а что касается этого человека, то он едва осмеливался поднять на меня глаза».

Так в детях воспитывалось благородство. И это, разумеется, благотворно сказывалось не только на их манерах, но и на отношении к людям. Если даже к прислуге требовали уважения, то что говорить о родителях?! Великая княжна не помнила матери, поскольку лишилась ее очень рано. Про отца же она пишет так: «Я его обожала. Каждый миг, который я могла быть с ним, был радостным, и если по какой-либо причине день проходил, а мы не виделись, я испытывала настоящее разочарование».

— Следите за тем, чтобы ребенок был вежлив и с няней, если она у него есть, и с педагогами. И, конечно, с бабушками, которые нередко так балуют внуков, что позволяют садиться себе на шею, и бабушка уже очень мало чем отличается от прислуги.

С дедушками такое тоже бывает, но, по моим наблюдениям, гораздо реже. Важно подчеркивать, что бабушка — это ваша или папина мама, и вы не позволите ее обижать. Таким образом вы лишний раз дадите понять, как важна заповедь о почитания родителей и покажете ребенку пример ее конкретного исполнения.

— Вообще в семье очень важны слаженность и солидарность.

Когда, как в повести «Три мушкетера», один за всех и все за одного, это поневоле вызывает уважение. И наоборот, не вызывает уважения, когда ребенок грубит одному из родителей, а второй не вмешивается и даже подчас подливает масла в огонь, по тем или иным причинам поддерживая юного агрессора. Особенно некрасиво это выглядит со стороны отцов, ведь от мужчины естественно ожидать защиты. А если женщина вынуждена защищать себя сама, то мужчина как бы расписывается в собственной слабости. И дети это прекрасно чувствуют.

Учите детей проявлять благодарность.

Без нее уважения не достичь. Неблагодарный человек не ценит ни других людей, ни то, что они для него делают. На занятиях по нашей методике мы в каждой группе в какой-то момент задаем ребятам один и тот же простой вопрос: «Кто вас чем порадовал на прошедшей неделе?» И в последние годы все чаще слышим: «Никто». Хотя многие родители прямо-таки в лепешку расшибаются, угождая своим чадам.

— Ну, подумай, вспомни! Неужели тебя за целую неделю никто ничем не порадовал?

— Нет, — угрюмо бурчит «обездоленный страдалец», только что деловито интересовавшийся у мамы, пойдут ли они после занятия в кафе, или демонстрировавший ребятам новую игрушку.

Для многих родителей подобные сцены становятся настоящим открытием. Они потом говорят, что не подозревали, насколько много в детях эгоизма. И как тесно это связано с проблемой родительского авторитета.

— Очень важно и учить заботиться. А порой не просто учить, но и принуждать.

Ведь как ни печально это признавать, далеко не все дети по характеру отзывчивы и доброжелательны. Есть и такие, которым нравится только брать и не отдавать. В те годы, когда малыши обычно с удовольствием помогают по дому, поскольку им все в новинку и хочется почувствовать себя «большим, как мама и папа», этих не допросишься помочь. Подростковое «а почему я?» чуть ли не с пеленок становится их жизненным кредо.

В таких случаях следует, конечно, приложить больше усилий, приучая ребенка к преодолению эгоизма и заботе о других. Имейте в виду, что повышенный эгоцентризм небезобиден: он тормозит нормальное взросление, способствует инфантилизму, а в каких-то крайних случаях может оказаться и симптомом серьезного психического заболевания. Особенно должно настораживать холодное или враждебное отношение ребенка к собственной матери. Это противоестественно, а значит, свидетельствует о неких глубинных нарушениях.

Хотя сейчас под влиянием деструктивной постмодернистской контркультуры, целенаправленной уничтожающей традиционные устои и ценности, дети, попавшие под ее влияние, могут вести себя, как больные, не имея в анамнезе тяжелой психической патологии.

Казалось бы, простенькая кукольная сценка под названием «Мама заболела.» Ребенку нужно придумать и показать, как он за ней ухаживал. Вроде бы ничего сложного. Но сейчас чего только не увидишь! Иногда дети наотрез отказываются показать, как они подали маме стакан воды или предложили лекарство, а начинают требовать, чтобы она срочно встала и принялась с ними играть. А шестилетняя Иришка, желая поразить публику своей оригинальностью, придумала, что к маме приехал доктор и… выкинул больную в окошко. Правда, мама (и на том спасибо!) не разбилась, а поднялась с тротуара и весело воскликнула: «Здорово я летела!» Не надо думать, что такие сюжеты возникают в голове ребенка случайно и ни о чем не свидетельствуют. В данном случае, девочка бесконтрольно смотрела телевизор, а с другой стороны, находилась под сильным влиянием бабушки, которая не заботилась о том, чтобы поддерживать авторитет матери, а старалась всегда доказать свою собственную правоту и значимость.

Другая девочка (но там речь шла о выраженной о шизоидности), попав по сюжету театрального этюда в сказку «Снежная королева» и столкнувшись с задачей вызволить маму из замка, куда ее заманили, заявила, что помогать маме не будет. Пусть мама остается в сказке. А она, Полина, и без мамы проживет — ведь у нее еще есть папа и бабушка с дедушкой. Они будут о ней заботиться и дарить подарки.

Однако когда удается преодолеть сопротивление ребенка, он раскрывается и неожиданно становится нежным и ласковым. Особенно мне запомнился случай с шестилетним Борей. Одни врачи ставили ему диагноз «аутизм», другие больше склонялись к тому, что это рано начавшаяся шизофрения. Кто бы ни был прав, мальчик вел себя крайне странно, контакты его с окружающим миром были сильно затруднены. Не буду сейчас долго распространяться, как мы с ним занимались. Это растянулось на довольно длительное время и к теме нашего разговора не относится. Упомяну только один эпизод. Когда Боря уже дозрел до того, что стал способен показывать сценки в куклах и освоил некоторые игры по правилам, мы начали потихоньку развивать в нем сочувствие и сострадательность (как известно, именно эти высшие эмоции больше всего страдают при вышеупомянутых диагнозах), учили его проявлять заботу и нежность. Все это, естественно, шло с большим скрипом и «сопротивлением материала». Но наконец произошел прорыв. В один прекрасный день я попросила маму поиграть дома с Борей в «комплименты»: она должна была говорить сыну что-то приятное, он в ответ — тоже. «Пусть на первом этапе сын хотя бы повторяет что-то за Вами», — сказала я.

Но ему и повторять было трудно. Маме приходилось долго его уламывать, награждать и т.п. Потом он привык, и игра ему понравилась. А через какое-то время, прямо на занятии Боря вдруг бросился маме на шею, поцеловал и воскликнул: «Мама! Я тебя люблю! Ты добрая и красивая!»

А мама заплакала и сказала: » Я шесть лет нахожусь при нем неотлучно, только им и занимаюсь. Но он никогда не проявлял ко мне любви и нежности. Это самый счастливый день моей жизни.»

Мальчиков важно сызмальства учить уступать маме место, помогать ей нести пакеты, открывать и держать дверь в подъезд, пропуская маму вперед, при выходе из автобуса подавать маме руку (мой старший сын делал это уже в 5 лет и довольно спрашивал: «Я кавалер?»), помогать надевать пальто (это уже попозже, когда хватит росту). Самое лучшее, конечно, чтобы отцы, деды, крестные, старшие братья и прочие родственники мужеска пола служили достойным примером. А то мужчины как-то стремительно позабыли эти простые правила вежливого мужского обхождения. И, посмеиваясь над западными феминистками, считающими мужскую галантность нарушением женского равноправия, фактически подвигают наше обществу к такому же абсурду.

— Папе следует чаще говорить при детях своей жене что-то хорошее, вместе с ними делать для мамы приятные сюрпризы, дарить подарки. Но интимная сторона супружеской жизни должна быть от детей закрыта. Целомудрие, пожалуй, как ничто другое способствует воспитанию в детях уважения к матери и к людям вообще.

— Маме надо больше рассказывать детям о себе, о своем детстве, школе, друзьях и т.п.

Ведь мать — это целый мир (как, впрочем, и любой другой человек, но для ребенка его мама — человек уникальный). Узнавая ее вкусы, интересы, умения, ребенок обогащает и свой внутренний мир, развивается более интенсивно и гармонично.

А ведь сейчас многие дети не знают даже простейших вещей: что любит мама, чем интересуется. А все ли помнят, какого цвета у мамы глаза? А когда у нее день рождения?

— Читайте больше хороших стихов, сказок, легенд, рассказов и повестей, в которых воспевается материнская любовь, обсуждайте их с детьми.

В сокровищнице мировой литературы и искусства накоплено множество талантливых произведений, помогающих сформировать у ребенка идеальный образ матери и то отношение к ней, которое испокон века считалось правильным и которое сейчас дестурктивная контркультура так упорно старается исказить. Искусство обладает огромной силой воздействия на душу человека. Тем более, юного, повышенно впечатлительного. А то сейчас порой сироты из детских домов знают больше стихов о маме, чем дети из благополучных семей, поскольку родители недооценивают важность таких воспитательных моментов.

— И, наконец (хотя на самом деле это должно быть в начале списка, но мне хотелось это особо выделить, а по законам восприятия текста лучше запоминается то, что стоит в конце), надо очень постараться, чтобы дети узнали и полюбили святых матерей. А для этого чаще ходить в храм, молиться перед их иконами, читать их жития. Тогда у современных мам, которым, как и всем другим мамам, когда-либо жившим на свете, хочется, чтобы дети их любили и уважали, появятся мудрейшие наставницы и сильнейшие союзницы.

Татьяна Шишова

Оцените статью